Главная \ Статьи \ МАЭСТРО БОРТНОВСКИЙ

Статьи

« Назад

МАЭСТРО БОРТНОВСКИЙ  27.04.2016 12:40

Есть события и люди, о которых хочется говорить на высокой ноте. А если еще эта нота касается музыкальной темы, то обязательно в верхнем регистре и в полном соответствии с законом музыкального жанра. Именно такую планку всегда ставил перед собой наш герой и старался никогда не опускать ее. Ведь человек его профессии не просто музыкант, а дирижер, главная фигура оркестра. Можно сколько угодно слушать музыку, исполнять произведение, и совсем другое – управлять процессом. За свою богатую творческую жизнь, которая измеряется четырьмя десятками лет, Вячеславу Бортновскому удавалось это делать на самом высоком профессиональном уровне. За плечами бесчисленное количество концертов, десятки оркестровых записей в кино, благотворительных акций и совместных встреч с известными мастерами искусств и творческими коллективами России, Англии, Германии, Голландии, Испании, Украины, Литвы, Грузии, Польши. Все эти и многие другие события в его творчестве, в т.ч. связанные с педагогической деятельностью в качестве профессора музыки, а последнее время еще и председателя жюри Международной музыкальной премии «БелБренд», удивительным образом сопряжены с созданием камерного, а затем Большого симфонического оркестра Collegium Musicum. На протяжении всей своей тридцатилетний истории коллектива он неизменно радовал собой зрителя и самого автора. Поэтому и наш продолжительный разговор с маэстро начался именно с этого.

 

– В чем главный секрет творческого долголетия вашего оркестра?

– Думаю, в идее создания самого оркестра, философии вопроса, собственного взгляда на проблему сохранения и приумножения традиций великой классики в стране и за рубежом. Мысль о рождении оркестра родилась у меня еще в Ленинградской консерватории, особенно во время наших студенческих посещений концертов классической музыки в обществе Валерия Гергиева. Уже потом, на сцене Белорусской государственной филармонии и после моей учебы в аспирантуре, я окончательно понял, что это жизненно необходимо для меня, как дирижера. С тех пор, и вот уже 30 лет, я никогда не расстаюсь со своим «Коллегиум музикум», и не собираюсь этого делать.

-Поздравляя вас с двойным юбилеем, хочется спросить, какому из них вы отдаете предпочтение?

– Вы знаете, это так неожиданно произошло в моей жизни. Скорее, оба мне близки и дороги, а главное, неразделимы друг от друга. Без творчества я бы не создал свой оркестр, а без оркестра я просто не представляю своего творчества. Ну, а то, что они совпали между собой, и я отмечаю их вместе, это счастливая случайность, подарок судьбы.

– Скажите, непросто быть дирижером?

– Глядя на работу человека моей профессии, сложно усомниться в том, что это именно так. И дело даже не в том, что можно «выкручивать» себя после концерта. Необходимо управлять всем, что происходит и может произойти на сцене. Особенно если оркестр большой, а с ним выступает солист. Любая ошибка оркестранта может оказаться незамеченной. А вот со стороны дирижера – непростительной. Дирижер не имеет права на ошибку.

– И все же, что такое профессия дирижера?

– Если коротко, то ни с чем несравнимое занятие, штучная, эксклюзивная профессия, которой нельзя научиться. К ней надо идти с юных лет, а потом, овладев ее, постоянно оттачивать и шлифовать до мельчайших нюансов. Дирижером надо родиться. И когда в элегантном черном фраке с белой манишкой под овации зала он появляется на сцене и по мановению волшебной палочки начинает звучать музыка, поверьте, этому мгновению предшествует долгая изнурительная работа. Дома, за роялем, на репетициях, в концертных залах. Именно в каждодневном труде рождается замысел дирижера, с которым он выходит к своему оркестру.

–Что значит для вас Ленинградская школа дирижирования, и есть ли у нас cвоя, белорусская?

– Мне кажется, говорить о национальной дирижерской школе, как о свершившемся факте, потребует определенного исторического периода. Поэтому я скорее отношу себя к Петербуржской/Ленинградской школе классического музыкально-исполнительского искусства, которому служу на протяжении 40 лет, и неизменно рад этому событию в моей творческой жизни.

Кто из ваших педагогов особенно повлияли на вас как дирижера?

– Спасибо за вопрос, который мне часто задают. Сразу вспоминаются имена таких известных профессоров музыки, как Георгия Яржеского, Бориса Теллиса, народного артиста СССР Арвида Янсонса, Ильи Мусина – создателя современной науки дирижирования. Я бесконечно признателен и высоко ценю их талант и стараюсь передать его своим ученикам. Подготовка дирижера оркестра едва ли не самая из сложнейших проблем в музыкальной педагогике. В этой специальности происходит сплав разносторонних идей, знаний, умений, навыков, которыми должен обладать человек, посвятивший себя этому искусству.

– Что должен уметь делать дирижер, чтобы его уважали оркестранты?

– Все, в буквальном смысле этого слова. Читать ноты, как книгу, быть с партитурой в голове, обладать музыкальным слухом, знать хорошо инструменты, входящие в состав оркестра. А главное, своим исполнительским мастерством уметь увлечь творческий коллектив, ярко передать содержание, раскрыть смысл музыки, оставаясь при этом интерпретатором. По сути, дирижер имеет дело с законченным произведением. Его задача – придать ему новый ракурс, звучание, интонацию. И если на сцене драматического театра режиссер может позволить себе вольности, то, в случае с дирижером, нет. Вы творите в рамках тех границ, которые заданы композитором.

Вы помните свое первое выступление в качестве дирижера?

Такое не забывается никогда. Это было сразу после моей учебы в консерватории, когда я прибыл в Минск.

–Кому в споре за титул дирижера «демократа» или «диктатора» вы отдаете пальму первенства?

– Признаться, я не принадлежу ни к одним, ни к другим сторонникам извечного спора, но и не вижу в нем ничего предосудительного. Мне кажется, проблема выбора стиля поведения дирижера лежит скорее в «золотой середине». Важно умело балансировать между ними, используя оба метода, и добиваться при этом понимания коллег и признания публики.

– А вам не кажется, что в какой-то момент он может оказаться невостребованным?

– Я не хочу делать себе рекламу, но такое уже было в истории с «Персимфансом». Что из этого вышло, вы знаете, хотя в этом музыкальном сообществе и собирались первоклассные исполнители. Симфоническому оркестру нужен лидер, капитан, полководец, регулировщик (с кем только нас не сравнивали!). Называйте его, как угодно, но чтобы он, не произнося ни слова, одними жестами и мимикой, пусть даже танцуя за пультом, мог объяснить свои намерения музыкантам. Хотя, говоря о последнем, мы знаем, как многим хорошим дирижерам свойственна скупость движений, и насколько при этом звучание их оркестров напоминает извержение вулкана.

–Вы хотите сказать, что на одном таланте не уедешь, нужна еще техника ремесла дирижера. В чем ее главная особенность?

– Боюсь, наша профессия во многом таинственна и не все обрисуешь. Но, мне кажется, наиболее образно и предельно лаконично об этом сказал выдающийся французский дирижер Шарль Мюнш. Это «когда правая рука показывает рисунок, а левая краски». Пожалуй, лучше о достоинствах исполнительского мастерства нашего брата дирижера никто не сказал.

Как вы думаете, сохранится ли профессия дирижера в том виде, в каком она существует сейчас?

– Надеюсь, да. У людей моей профессии есть право оставаться такими, какими они есть. Мне импонирует мысль о том, что мы постоянно должны идти вперед, чтобы не превратиться в «динозавров» от музыки. Однако не будем забывать о том, что профессия вашего покорного слуги предполагает определенный консерватизм во взаимоотношениях дирижера с оркестром и оркестра со зрителем. Хотя я совсем не исключаю неких поворотных моментов в этих отношениях. Ведь было время, когда роль дирижера выполнял музыкант, который взмахом смычка или свернутой в трубочку нотной тетради, отстукиванием ритма ногой или баттутой, приводил в движение оркестр. Позже появилась легкая палочка, которой дирижер размахивал перед музыкантами. При этом он стоял лицом к публике и спиной к оркестру, пока не случилось, по примеру Вагнера, все наоборот, что обеспечило более полный творческий контакт дирижера с оркестром, и, как ни странно, с публикой.

– Кстати, о палочке. Сегодня ее далеко не все используют, в том числе и вы. Выходит, она не совсем нужна?

Я отвечу на этот вопрос чуть позднее, с вашего позволения, а пока хочу сказать следующее. Мир меняется, меняемся и мы, и в этом круговороте событий нельзя оставаться на месте. Мы постоянно должны идти вперед, находится в поиске новых идей, сохраняя и приумножая при этом традиции великой классики. Такой культурный интеграционный проект, инициированный Ассоциацией «БелБренд» и лично председателем Альбертом Таиповым, поддержал недавно наш Большой симфонический оркестр «Коллегиум музикум» в рамках Международной музыкальной премии «БелБренд». Предложение возглавить оргкомитет любезно согласился Член коллегии (министр) ЕЭК Тимур Сулейменов, который специально приезжал в Минск, чтобы участвовать в церемонии награждения лауреатов премии 2015 года. Впереди – «Премия-2016», и уже начался предварительный отбор исполнителей. Нас ждут концертные просмотры в Москве, Алматы, Минске. После тщательнейшего отбора авторитетное жюри, в составе известных в музыкальных кругах деятелей культуры и искусства из Литвы, России, Польши, Казахстана, Сербии, Чехии, Беларуси назовет имена новых победителей. Кроме почетного звания лауреатов и высшей награды статуэтки Премии «БелБренд» им по традиции будет предоставлено право выступить в заключительном гала-концерте на главной филармонической сцене страны в сопровождении «Коллегиум музикум». Поддержать лауреатов прибудут звезды престижнейших европейских и международных музыкальных конкурсов, а также финалисты республиканской выставки и литературной премии «Маладые таленты Беларусi», которая распахнет свои двери в фойе Большого концертного зала Белорусской государственной филармонии.

– Говорят, карьера дирижера начинается после 50 лет?

Смотря, что называть карьерой. Звания, награды, признание публики? Ну, а то, что она приходит с опытом и возрастом, это действительно так. Причем, достигнув пика этой карьеры, остается меньше времени, чем его было до этого. Рано или поздно для любого дирижера возникает вопрос выбора. Если вы творчески интересны друг другу, надо продолжать. Если же интерес проходит и уже нечего сказать друг другу, уходить нужно обязательно. Меня искренне радует, что у нас с оркестром сложились такие отношения, когда у нас есть еще что сказать друг другу.

–И не просто сказать, а поклониться вашему таланту и повторить: «браво, маэстро!». Я это снова слышал вчера во время выступления Государственного академического симфонического оркестра Республики Беларусь под управлением дирижера Бортновского?

– Спасибо за добрые слова. Хочу лишь заметить, что и тот концерт, который прозвучал на сцене Большого зала Белгосфилармонии и вся моя филармоническая деятельность в качестве дирижера, неразрывно связаны с музыкально-исполнительским искусством, которому я прослужил не один десяток лет, и, поверьте, нисколько об этом не жалею.

Когда вы поняли, что быть дирижером, это ваше призвание?

– Не знаю на счет призвания. Мне кажется, это так громко звучит. Но вот ощущение радости взаимной встречи с музыкой и зрителем, которыми я всегда живу, никогда не покидали меня. В этом, собственно, и состоит главный ответ на ваш вопрос.

– Возвращаясь к «Коллегиум музикум», чем порадует белорусского зрителя оркестр под управлением маэстро в нынешнем сезоне?

– Замечу, не только белорусского. В программе оркестра – серия концертов, объявленных в рамках Года культуры, которые пройдут по всей Беларуси. Из зарубежных поездок не могу не назвать гастрольное турне в Китайскую Народную Республику, а по возвращении или, возможно, по дороге из Поднебесной, выступление в музыкальном Воткинске на родине Петра Ильича Чайковского. Кстати, в полном составе оркестра и в кругу признанных авторитетов, которых соберет всемирно известная российская классическая «глубинка».

–Такой высокой чести удостаиваются немногие исполнители, дирижеры, творческие коллективы, в репертуаре которых неизменно звучит музыка автора?

– Официальное приглашение от имени правительства Удмуртии было передано министром культуры и туризма  Владимиром Соловьевым во время его посещения праздничного концерта по случаю 175-летия П. И. Чайковского в Минске. А вместе с приглашением, и слова признательности за вклад в популяризацию классической музыки, активное участие в международных мероприятиях, посвященных юбилею великого композитора. Лично я, воспринимаю их, как слова благодарности в адрес всей Беларуси, у которой сложился достаточно серьезный имидж страны, успешно развивающей классическое исполнительское искусство.

– Но вы не назвали еще один подарок, адресованный вам?

– Признаться, он мне особенно дорог. Это точная копия оригинала знаменитой дирижерской палочки из коллекции «золотого фонда» культурного наследия автора, номинированная правительством Удмуртии, и символизирующая музыкальный талант композитора.

– Кстати, пятой по счету в этой коллекции?

– В свое время обладателями этого уникального и памятного знака уже становились пианист-виртуоз Денис Мацуев и выдающийся дирижер Валерий Гергиев. Они тоже приглашены в дорогой сердцу каждого из нас музыкальный Воткинск. Поэтому, помня ваш вопрос на счет палочки, я обещаю во время нашего концертного турне на родину Петра Ильича Чайковского ни на минуту не расставаться с ней.

–Спасибо, маэстро.

Интервью провел журналист

Владимир Дешковец

IMG_1371IMG_1379IMG_2123IMG_2291IMG_2293IMG_2298IMG_2373IMG_2399IMG_2418IMG_2437IMG_2479IMG_2507